«По имеющейся информации Легедин Е.В. является координатором молодёжного движения «Оборона» в г. Екатеринбурге, целью и задачами которого является защита конституционных основ , организация широкого гражданского сопротивления авторитарно-полицейскому и тоталитарному вектору власти. В своей деятельности Легедин Е.В. активно взаимодействует с представителями оппозиционных объединений: «Объединенный Гражданский Фронт», «Движение против насилия» и представителями партии «Яблоко».

Легедин Е.В. регулярно организовывает и проводит на территории г. Екатеринбурга протестные акции с целью дестабилизации социально-общественной обстановки и формирования отрицательного отношения в обществе к действующим органам власти. Легедин встречается с лидерами неформальных молодёжных движений и объединений, выдвигает лозунги, призывающие граждан не доверять действующему правительству, распространяет различную печатную продукцию с резкой критикой действующего правительства. /Из характеристики центра "Э" в Екатеринбурге/


Free counters

"Лимонов старый бесполезный аморальный тип", - написал анонимный (ну под ником) комментатор в моем ЖЖ.

Я согласен, только за исключением "бесполезный". Девка моя так не думает. Уходит со счастливым горячим лицом и много целуется у двери, глаза туманные. Я ей полезный.

И со "старым" согласен. Более того, я не просто старый, я древний. Я как Гильгамэш из шумерского эпоса. Но это хорошо, мне нравится быть в античном возрасте. Пока у меня ничего не болит, даже зубы. Хочу еще похудеть вот, чтоб тощим как черепок шумерской вазы быть, как глиняная табличка с клинописью.

Другой ниспровергатель меня,такой же анонимный бедняга, с ником как у собаки, написал что "Лимонов был писателем". И еще добавил, трагически " исписался."

Олух, то что написано пером, того не вырубишь топором. Написанные мною яркие книги никуда не деваются, не уничтожаются, они остаются моим сокровищем, надежнее бумаг ГосБанка. Так что я не "был", но я "есть". Вас уже всех не будет, а я буду этими книгами.

Я вот что заметил. Современникам больших писателей часто не нравятся их (этих писателей) поздние книги. Обыватель объясняет свои претензии ослабеванием таланта у писателя, обыватель выскакивает со своей торжествующей ремаркой "Исписался!" 

На самом деле большие творцы в позднем возрасте страдают нарастанием безразличия к обыденной деятельности человека. Становятся такими Монстрами, без жалости и сострадания, многое человеческое им уже чуждо. Примеры : вторая часть "Фауста" и "Старик и море". Обе книги были плохо приняты современниками. Немецкие бюргеры апплодировали первой части "Фауста", где нашли общедоступную, понятную для них мелодраматическую историю, соблазнения юной Гретхен, затем она убивает ребенка, арестована, и обезглавлена. А вторая часть это уже история Сверхчеловека, его интеллектуальных поисков,она полна призраков и великих теней, Гретхен нет, современникам вторая часть показалась скушной.

"Старик и море" - последний роман Хэмингвэя современники заклеймили, дескать талант уже не тот у Хэма, и за что только Нобелевскую премию дали. Жалобы понятны, в "Старик и море" не было Парижа, пьяных молодых художников, не было войны, лишь Океан, Человек и Рыба.

Вот так. Мои последние книги тоже холодноваты. На них спустился такой уже космический туман безразличия. Я это понимаю. Все идет как тому следует быть.

Это была проповедь о литературе в четверг 24 мая.

После освобождения я наконец добрался до дочери. Мы с Сонькой и ее матерью Татьяной сидели и пили чай. Я молчал и слушал, как мать нахваливает дочку, и тихо улыбался, радуясь их совместным успехам.
Тем временем из комнаты выбрался котенок.
– Мусечка, кисонька, проснулась маленькая, – запричитали два женских голоса. Взрослый и детский.
– У нас в лагерном бараке тоже была Муська, – сказал я.
Дочь, не видевшая меня столько лет и ловящая каждое мое слово, моментально подхватила:.
– А красивая?
– Да, – сказал я.
– Пап, расскажи!
– Не стоит, дочь.
– Ты мне сто лет ничего, никогда не рассказывал! – скривила она губки.
– Ну, расскажи, пап, – поддержала Татьяна.
Я не дал им себя долго уговаривать.
– Хорошо, слушайте.
Она еще была совсем котенком, когда я впервые увидел ее. Меня тогда только что перевели в барак отряда строгих условий содержания (СУС), или, как сейчас это называется, ОСУОН – Отряд строгих условий отбывания наказаний. ОСУОН занимал весь первый этаж третьей части трехэтажного корпуса. На втором этаже располагался штаб администрации.
Жилой барак камерной системы – это где уже койки к стене не пристегиваются, но где запрещено общение между секциями отряда. Телевизор по расписанию (полтора часа в сутки), прогулка столько же по времени и много других камерных «благ», которые благополучно перекочевали из ШИЗО/ПКТ лагеря в строгий барак.
Но там есть живые люди, арестанты, с кем можно поговорить и обсудить прочитанное или увиденное по ТВ.
Котенок был удивительный, хотя внешне банально серый, полосатый. Таких кошек в одной России миллионы, наверное, живут.
Муська была всегда в центре внимания. Когда все собирались в кружок – обсудить последние новости или еще что-нибудь, она садилась обязательно в центре круга. Это действительно было комично: сидят урки, кто на табуретке, кто на кортках, и выходит Муська своей мягонькой, действительно кошачьей походкой. Усаживается в центре и ждет, когда кто-нибудь начнет с ней играть.
Играла она неутомимо, со всеми, часами подряд. Потом, наигравшись и облизавшись, падала на первую попавшуюся шконку и засыпала крепким детским сном. Причем спала она непременно на спине, раньше я никогда не видел, чтобы кошки так спали. И всегда так, что если голова немного была повернута в одну сторону, то задние лапки – непременно в другую. Но бывало, что спала ровно, как по струнке, так люди не все спят, ровненько-ровненько. И все четыре лапки обязательно поджаты в кулачки. Зрелище, в общем, было уникальное.
Больше всего с ней возился зэк по имени Тимур. Молодой парень, осужденный за убийство еще в 16 лет. И из девяти лет приговора он отсидел к тому времени уже более трети срока. Тимур называл ее «кошечка».
Когда Муська просыпалась и начинала вылизываться, Тимур вставал за шесть-семь шконок и начинал ее звать, стуча по краю койки второго яруса. Муська сразу прерывала свой туалет и после короткой охотничьей изготовки делала рывок, перепрыгивая с койки на койку. Добежав до Тимура, она вставала надыбы. И пыталась передними лапами, не выпуская коготочки, по-охотничьи азартно ловить его бритую голову. Тимур тихонечко уклонялся, но она играя задевала его. Все зэки, видевшие эту сцену многие десятки раз, замирали. И в финале дружно гоготали, будто видели все впервые.
Наверное, так оно и было: каждый раз Муська делала это по-разному. Смотрела, готовилась, прыгала, махала лапами, задирчиво поджимая ушки и скаля рот. Как маленькая тигра.
Так прошли остаток лета и осень. Муська, оставаясь котенком, была счастлива, обожаемая зэками и окруженная заботой Тимура. Наблюдать за ней было удивительно и приятно всегда.
Но в первой половине декабря, после того как уехал на этап один очень серьезный бандит, не допускавший своим авторитетом беспредела со стороны администрации по отношению к сусовским, обстановка сильно накалилась. Администрация стала нас прощупывать, чтобы усилить режим. И, следя за реакцией, стала по очереди закрывать в ШИЗО наших парней.
Первым закрыли Вовку-Боксера. Он обладал наибольшим авторитетом из всех, и сломать его было для администрации очень важно. За шестнадцать дней до освобождения ему дали пятнашку. Прессовали серьезно, но не сломали, Володя крепкий парень был. Но в лагерь не выпустили, и он освобождался прямо из ШИЗО.
За Володей сразу закрыли Молдавана. Он во время прогулки снял шапку, чтобы поправить там что-то. Нарушение формы одежды – пятнадцать суток. Потом закрыли Тимура. Как и Молдавана – под каким-то явно надуманным предлогом. Дали пятнадцать суток, потом добавили еще. Не знаю, что именно и какие пытки послужили тому причиной, но Тимур, не сломавшись, загнал под сердце штырь. Его еле спасли, отвезя в вольную операционную. Потом, после всего, он смеясь рассказывал, как слышал, что врач сказал о нем: «Я всегда был уверен, что сумасшедших не бывает. Теперь знаю, сам видел".
Штырь прошел очень удачно, слабо повредив тонкую кровеносную систему, расположенную под сердцем, не задев само сердце. Потом, после операции, из вольной городской больнички его отправили на 17-ю зону, где лежат тяжело больные заключенные. Там он пролежал еще месяц, после чего его вернули в ШИЗО – досиживать сутки.
Буквально через пару дней, после того как Тимура увезли, Муська стала тосковать и чахнуть. Из веселой, игривой кошки она стала какой-то вялой и сонной. Будто не просыпаясь, ходила в туалет и на кухню покушать.
Мы сначала решили, что это из-за ее беременности. Первой в ее совсем крохотной жизни. Почти сразу после Нового года она родила. Все четыре новорожденных котенка были мертвы.
Конец января и начало февраля Муська фактически ничего не ела. Тарас пытался кормить ее каким-то бульоном из пипетки, взятой в аптечке. Но это не помогало. Каждую утреннюю и вечернюю проверку я выносил ее в прогулочный дворик, где эти проверки и проходили. Самостоятельно выйти для оправки на улицу у нее уже не было сил. В общем-то, она не могла уже самостоятельно забраться на ступеньку лестницы, ведущую на крыльцо. А тельце у нее стало напоминать мешочек с костями.
Терпеть она уже не могла, и все по очереди подтирали за ней лужицы. Которые она делала и когда спала, и когда бодрствовала.
У меня сомнений уже не было, что она умрет, но я упорно, аккуратно брал этот маленький трупик, в котором еще теплились остатки котеночьей души, и выносил на относительно свежий воздух.
13 февраля у меня было очередное длительное свидание. Моя Мама, больная сахарным диабетом в последней стадии, опасаясь, что может не дождаться сына, приехала более чем за 800 километров ко мне в гости.
Накануне ночью я вдруг обнаружил спящую у меня в ногах Муську. Как эти косточки умудрились забраться ко мне на кровать, ума не приложу. Согнать я ее не смог, рука не повернулась. Утром при подъеме я обнаружил, что она описалась во сне на мою кровать. Зэки это тоже заметили, но все отнеслись с пониманием. Я застирал после зарядки простыню, матрас перевернул и стал готовиться к встрече с Мамой.
Сутки свидания пролетели как один час. Старенькая Мама выглядела как всегда опрятно. Только, стесняясь, все спрашивала, сильно ли она постарела, неловко отворачивая голову от смущения. Пили чай, разговаривали. Прерываясь только на время, когда ей нужно было делать уколы инсулина, благодаря которым она еще жива.
Когда я вернулся в барак и вошел в секцию, меня ребята стали расспрашивать о матери и о других новостях из дома и с воли.
Когда я поинтересовался, какие новости здесь, мне Денис сказал: «Макс, нас на одного стало меньше». Так говорят, когда кого-нибудь отправили на этап или в другую колонию. Я так и спросил: «Кого забрали?» Денис замотал отрицательно головой и тихо сказал, коротко:
– Муська умерла.
Тимур вышел из ШИЗО в начале марта. Ему так же, как и мне, тихо сказали о Муськиной смерти. Но несколько лет, проведенные на малолетке, не дали Тимуру выпустить свои чувства наружу. Он стал ходить со мной по секции, пытаясь говорить о чем-то. Мол, в принципе она еще при нем хворать стала, и еще что-то... Но его всегда горящие глаза вдруг потускнели. И видно было, что говорит он механически, как и ходит. А мысли где-то в другом месте болтаются.
Только дойдя до конца, я заметил, что жена и дочка на пару утирали слезы.
Нормально, значит, неплохой рассказ может получиться, подумал я.

Максим Громов

Господин мэр, Сергей Собянин!

Подчиненная Вам мэрия в 23-й раз (В ДВАДЦАТЬ ТРЕТИЙ РАЗ) не согласовала нам, группе граждан, митинг в рамках Стратегии-31, митинг 31 мая в 18 часов на Триумфальной площади.

Под предлогом того, что якобы на Триумфальной площади проводятся археологические раскопки, а археологические раскопки, якобы предшествуют строительству подземного паркинга под Триумфальной.

Но это же ведь старая заплесневелая от времени ложь!

Никаких раскопок на Триумфальной не производится вот уже без малого два года, лишь однажды привезли два фейковых горшка, обмануть журналистов. Более того, подрядчики собрались уезжать, они устали служить московским властям ширмой для политических махинаций, сняты верхние этажи бытовок, так и простоявших необитаемыми всё это время.

Хотим напомнить Вам, что Триумфальная была обнесена забором в конце августа 2010 года, дабы не допустить проведения на площади митингов Стратегии-31. Мы начали организовывать эти митинги с 31 января 2009 года, с целью добиться реализации статьи 31-й Конституции Российской Федерации – добиться свободы мирных собраний.

Триумфальную отняли у москвичей при вашем предшественнике – Лужкове. Он выполнял приказание федеральных властей. Вы послушно продолжаете ту же политику насилия над гражданами города, политику подавления движения гражданского сопротивления в городе Москве. Фактически Вы сопротивляетесь осуществлению Конституции. Давно нет никаких сомнений (если сомнения у кого-либо были), что и Лужков и Вы – фигуры несамостоятельные, что вы попираете ногами права граждан города в угоду властителям страны, осуществляющим свои политические мошенничества. Нам ясно, что Вы – один из них, такой же как они, но не старший член камарильи.

И все же мы обращаемся к Вам, с призывом открыть площадь для москвичей, для москвичей - настоящих хозяев города. Почему мы обращаемся все же к Вам? Потому что за последние полгода социальный климат в стране драматически изменился. И граждане более не позволяют себя унижать и подчинять. Осознайте это, господин мэр! Настали иные времена. Пора прислушаться к гражданам.

Призываем Вас убрать к 31 мая заграждения и бытовки, засыпать яму на Площади и не препятствовать проведению митинга 31 мая.

Эдуард Лимонов

В Екатеринбурге сегодня прошел первый пикет Церкви Летающего Макаронного Монстра. Епископ пастафариан безликий как субкоманданте Маркос Вася Макоронников провел обряд причащения своей паствы на публичном макаронном молебне в центре города.

Для справки:
Летающий Макаронный Монстр — божество религии, основанной Бобби Хендерсоном в 2005 году в знак протеста против решения департамента образования штата Канзас, требующего ввести в школьный курс концепцию «Разумного замысла» как альтернативу эволюционному учению. Хендерсон возвещает веру в сверхъестественного Создателя, похожего на макароны и тефтели — Летающего Макаронного Монстра, — и призывает к изучению пастафарианства (игра слов, основанная на растафарианстве и итальянском слове «паста» (pasta), означающем макаронные изделия) в школах, тем самым используя аргумент reductio ad absurdum (сведение к абсурду) против учения. Эволюционный биолог Ричард Докинз использовал ЛММ в качестве примера в книге «Бог как иллюзия».


( Фоторепортаж Ростислава Журавлева )

Фото и видео Ростислава nazbol_rost Журавлева